274 / 292
272
светом...»
810
. Трудно спорить с тем, что Русский мир не довел до
адекватного воплощения ни одну из своих судьбоносных идей, которые он
с таким воодушевлением пытался реализовать в то или иное историческое
время. Даже любивший Россию В. Шубарт вынужден был признать, что
«русская идея всечеловечности пока еще нигде не смогла найти
воплощения в своей неискаженной чистоте и полноте. Хотя она постоянно
выходит за пределы своей нации, но охватить человечество целиком ей
пока не удалось»
811
.
Правда, следовало бы заметить, что в этом отношении россияне мало
чем отличаются от народов, более «удачливых» по меркам эмпирической
истории. Так, известно, что, по крайней мере, с XX столетия «американцы
определили себя как защитников свободы и демократии во всем мире.
…Но, как заметил Роджерс Смит, "утверждение, что национальная
идентичность Америки определяется исключительно американским кредо,
в лучшем случае представляет собой полуправду". Большую часть своей
истории американцы порабощали и угнетали чернокожих, уничтожали и
третировали индейцев, тиранили иммигрантов из Азии, враждовали с
католиками, препятствовали иммиграции из стран за пределами северо-
западной Европы»
812
. Одно дело идеал, совсем другое – реальность,
потому их совпадение так редко бывает в истории. Но там, где одни
народы, уверовав в свою богоизбранность, живут в гордом сознании
своего величия и готовы силой убеждать в нем всех прочих, другие
народы, пройдя через необходимое покаяние за свои грехи и ошибки,
возвращаются к своему историческому призванию, которое никто за них
выполнить не сможет.
Не следует также забывать о том, что русская идея принадлежит к
числу таких идей, которые в полной мере могут быть осуществимы только
в метаисторической перспективе. К этому располагает и российская
история, к которой, по мнению некоторых исследователей, из всех жанров
более всего применима трагедия
813
. Россия, вынужденная веками
защищать Европу от Азии, нередко получая от Запада удары в спину, а
затем догонять ушедшие вперед культурные народы, никогда не дорожила
настоящим, но жила надеждой на будущее. В процессе непрестанной
борьбы за выживание она выработала особый тип культуры, который был
810
Достоевский Ф.М. Дневник писателя // Достоевский Ф.М. Полн. собр. соч.: в 30 т. – Л.,1984. – Т. 26. –
С. 81.
811
Шубарт В. Европа и душа Востока. – С. 204.
812
Хантингтон С. Кто мы?: Вызовы американской национальной идентичности. – М., 2004. – С. 89.
813
См.: Ragsdale H. The Russian Tragedy: The Burden of History. – Armonk, N.Y., 1996.