111 / 292
109
«Эстетическое мерило» мыслитель полагал самым верным в оценке жизни
социумов. «Высшая эстетика» для него «есть в то же… время и самая
высшая социальная и политическая практика»
342
.
Этот почти языческий эстетический натурализм К. Леонтьева
постоянно вступал в противоречие с его субъективной религиозностью,
доминантной чертой которой являлась идея личного спасения. В 41 год он
пережил глубокий религиозный кризис, который выразился в «возврате к
подлинной вере в Бога,… к морали мистической», в «решительном
разрыве с… секулярной культурой»
343
. Главная цель отныне для него –
спасение, как следствие – он радикально отверг секулярный гуманизм:
веру в земного человека, обожение прав и достоинств лица как
самодовлеющего субъекта. Что касается эмпирического бытия, то, по
выражению В. Зеньковского, К. Леонтьев впадает в «соблазнительный
антигуманизм»
344
. Его мораль прочитывается исключительно в
христианском контексте, и она сурова, ее фундаментом является страх
Божий. Мыслитель постулирует «любовь к ближнему», т.е. реальному
человеку, и отрицает «любовь к дальнему» – человечеству вообще. Именно
эта надуманная, полагает он, любовь, связанная с непониманием
«непоправимого трагизма жизни», лежит в основе нового европейского
гуманизма с его идеалом всеобщего благоденствия. Подобный гуманизм –
порождение «историософского и религиозного имманентизма»
345
.
Подобная суровая мораль, естественно, предопределила ярко выраженную
антиэвдемонистичность мировоззрения и творчества мыслителя. В его
христианстве доминирует страх, а не любовь. «Бог Леонтьева – страшный
и безрадостный Бог усомнившегося в неверии атеиста»
346
, – пишет
Г. Иванов.
К. Леонтьев воспринял и по-своему интерпретировал теорию
культурно-исторических типов Н. Данилевского, введя еще один –
византийский культурно-исторический тип. В государстве византизм
означает самодержавие, в религии – православное христианство;
нравственный идеал отрицает «преувеличенное понятие о земной
личности» и предполагает «разочарование во всем земном». Кроме того,
византизм – «сильнейшая антитеза» идее «всеобщего благоденствия
342
Леонтьев К.Н. Избранное. – М., 1993. – С. 158.
343
Зеньковский В.В. История русской философии. – Ч. 2. – С. 431.
344
Там же. – С. 433.
345
Там же. – С. 436.
346
Иванов Г. Страх перед жизнью // К.Н. Леонтьев. Pro et contra: В 2 кн. / Под ред. Д.К. Бурлака. – СПб.:
РХГИ, 1995. – Кн. 2. – С. 189.