48 / 292
46
такие как нестяжание («не уповать на злато и богатство, но уповать на все
дающего Бога»
137
), смирение, доходящее порой до самоуничижения: «Я
грешный и грубый во всех и невежда в премудрости»
138
. Смирению
Филофей противопоставляет антихристианскую гордыню, процветающую,
полагает он, на Западе, трактуемую им как проявление безумия. Отпадение
латинян от истинной веры, по его мнению, произошло «гордостью буйства
(здесь – «безумия». – О.П.) своего»
139
.
Перечисленные духовные ценности русского православного
сознания (и средневекового русского – в частности), отстаиваемые
Филофеем в Посланиях, составляют нравственно-этический аспект
идеологемы, коррелируют, повторим, с духовностью, онтологизмом
русского мировоззрения. Справедливо отмечает М.Н. Громов, что
морально-нравственный компонент был важнейшим в отечественном
средневековом сознании, «древнерусская этика выступает в системе
мудрости как центральное, связующее звено, стержень всей его
структуры»
140
. Верно подмечено, что смысл Нового Завета, начиная с
Нагорной проповеди, «заключается в стремлении свести все проблемы
бытия к морально-этическому их осмыслению»
141
.
Яркое проявление
онтологизма
,
трактовка проблем бытия в
морально-этическом контексте очевидны у Филофея, и это также отражает
отмеченную нами коренную черту русского сознания –
духовность
.
Послания Филофея демонстрируют огромное этическое напряжение.
Автор, осознавая ответственность вселенского масштаба жителей третьего
Рима, предъявляет высокие нравственные требования к себе, правителю,
всем наследникам последнего в истории метафизического царства.
Обращаясь в молитвах к представителям мира трансцендентного, автор
Посланий, прежде всего, просит помощи в достижении собственной
нравственной чистоты: «Если бы можно мою грешную душу очистить от
грехов, об этом молю милостивого Бога Господа нашего Иисуса Христа и
Пречистую Богоматерь и всех святых Богу угодивших»
142
.
Что касается Послания великому князю, то основное его содержание
составляют именно нравственные требования, предъявляемые правителю
третьего Рима. Главное требование – соблюдение нравственной чистоты. В
137
Послание… М.Г. Мисюрю-Мунехину… – С. 346.
138
Послание… великому князю… – С. 360.
139
Послание… М.Г. Мисюрю-Мунехину… – С. 343.
140
Громов М.Н. Структура и типология русской средневековой философии – М., 1997. – С.127.
141
Там же. – С. 128.
142
Послание… М.Г. Мисюрю-Мунехину… – С. 339.