49 / 292
47
частности, Филофей предостерегает великого князя против грехов
сребролюбия, тщеславия: «Убойся Бога, давшего тебе все это, не уповай на
злато и богатство и славу»
143
. Филофей как представитель Церкви требует
от правителя исполнения главнейшей Евангельской заповеди милосердия,
милостыни, содержащейся, в частности, в Нагорной проповеди:
«Блаженни милостивии, яко тии помиловани будут» (Мф. 5:7): «Утеши
плачущих и вопиющих день и ночь, избавь обидимых из рук обидящих».
В контексте онтологизма следует отметить еще одну важную черту
русского (и средневекового русского, в частности) православного
сознания –
активность личности
,
также
имеющую ярко выраженный
духовный акцент
. Требованиями напряженной духовной работы
наследников «третьего Рима» пронизаны оба Послания Филофея. Данные
требования составляют этический аспект идеологемы. Филофей пишет о
необходимости «проповедовать спасение», призывает к постоянной работе
над совершенствованием духовного облика, очищением от грехов и
страстей. Особо суровые требования Филофей предъявляет царю.
Онтологический характер русского православного мировосприятия
дополняет оригинальная православная гносеология, фундаментом которой
является духовный разум или «Божья премудрость». Ярким апологетом
духовного разума выступает и Филофей. Здесь также мы видим
проявление в его творчестве сущностного начала русской культуры –
духовности
. Для псково-печерского старца актуален лишь логос, который
дан человеку Богом, освящен апостолами, Церковью: «…евангельские
заповеди и апостольские и отеческие учения, которые приняла
божественная соборная Церковь, их и я приемлю»
144
. При этом Филофей
выступает
ярым
критиком
внешней
мудрости,
получившей
распространение на Западе, – научных знаний («мудрование астрологов и
астрономов»), античной философии («прелестных и прочих эллинских
басней»). Внешняя мудрость отвергается постольку, поскольку имеет
человеческую природу, а не Божественную, не получила освящение
свыше: «… их же не приняли от Бога и от святых апостолов и богоносных
отцов и от вселенских Соборов, и я не приемлю»
145
.
По Филофею, внешняя мудрость душепагубна, расценивается им как
богоборческая: астрологические, астрономические знания «непотребны и
душегубительны, ими же хула на Бога восходит». Поэтому научные
143
Послание… великому князю… – С. 359.
144
Там же. – С. 337.
145
Там же.