214 / 292
212
сооружение...»
679
. В отношении русской идеи, действительно, трудно
указать нечто наглядное и предметное, что не укроется от пытливого взора
историка.
Правда, сам же Ключевский утверждал, что у истоков политических
и экономических фактов, положенных им в основу изучения
исторического процесса, всегда можно найти какую-либо идею. Более
того, он даже готов признать реальность идеи, которую стремится
осуществить народ, играя свою роль на мировой сцене. «Значение народа
как исторической личности, – указывает этот историк, – заключается в его
историческом призвании, а это призвание народа выражается в том
мировом положении, какое он создает себе своими усилиями, и в той идее,
какую он стремится осуществить своею деятельностью в этом
положении»
680
. Остается не вполне понятным, имеется ли в виду идея
народа, которая соответствует его положению в определенный период, или
речь идет о некой общей идее, характеризующей его призвание в своей
истории. Возможно, Ключевский считал эту проблему метафизической,
т.е. выходящей за рамки не только исторической эмпирии, но и теории.
Однако даже косвенное признание того, что «идея народа» существует,
когда оно исходит от видного историка, проверяющего свои обобщения
фактами, заслуживает пристального внимания.
Историки по-своему правы, когда заявляют, что не находят научных
оснований для признания реальности русской идеи. Действительно, эту
идею невозможно обнаружить среди тех политических, экономических и
культурных факторов, которые определяют исторический процесс. Между
тем пространство и время истории характеризуют не только «внешние»
каузальные связи, но и «внутренние» – смысловые и ценностные –
отношения. Любое событие может быть рассмотрено как в контексте его
значения для других событий, так и в оптике его собственного смысла.
Русская идея возникает как синтетическое обобщение не событий и
значений, но смыслов и ценностей. Она характеризует не эмпирическое
существование, а духовную сущность России. Русская идея проявляется в
истории, но не совпадает с историей, ибо содержит метаисторическое
измерение – тайну цели и смысла бытия русского народа и России.
Поэтому историки видят в ней отвлеченное понятие, непостижимое для
исторического познания, направленного на изучение конкретных фактов,
679
Ключевский В.О. Курс русской истории // Ключевский В.О. Соч.: в 9 т. – М., 1987-1990. – Т. 1. – С.
55-56.
680
Там же. – С. 60.