254 / 292
252
синкретическое единство всех заложенных в ней смыслов, составляя
оппозицию столь же многозначному понятию кривды. Но с усложнением
культуры происходила дифференциация разных значений правды,
связанная с выделением и осмыслением ее нравственного, религиозного,
политического и правового аспектов. Так возникли и весьма характерные
для русского менталитета представления о правде-истине и правде-
справедливости. Можно было ожидать, что развитие данных
представлений приведет к появлению независимых друг от друга понятий
истины и справедливости. Но в российской культуре, в отличие от
западной, ведущим направлением в преодолении противоречия между
истиной и справедливостью стало не достижение исторического
компромисса между ними, а искание
всеобщей правды
.
«Всякий раз, как мне приходит в голову слово "правда", – писал
Н.К. Михайловский, – я не могу не восхищаться его поразительной
внутренней красотой. Такого слова нет, кажется, ни на одном европейском
языке. Кажется, только по-русски истина и справедливость называются
одним и тем же словом и как бы сливаются в одно великое целое»
766
. Этот
русский социолог признавался в том, что его равно не удовлетворяли ни
теоретическая истина, оторванная от правды практической, ни самые
высокие нравственные и общественные идеалы, отвергающие истину,
науку. Поэтому он провозглашал своей целью такую общую правду,
которая бы вмещала в себя все свои значения и смыслы. Стремление найти
единую, цельную, всеобъемлющую правду было характерно как для
духовных исканий русского народа, так и для глубоких раздумий многих
русских мыслителей. Однако прежде чем определить сущность правды-
истины и правды-справедливости в отечественной традиции, следует
указать на отличия как правды и истины, так и правды и справедливости.
О несходстве между традиционно русским и западноевропейским
отношением к знанию писал еще славянофил И.В. Киреевский. Он
полагал, что просвещение «на Западе приняло характер рассудочной
отвлеченности – в православном мире оно сохранило внутреннюю
цельность духа; там раздвоение сил разума – здесь стремление к их живой
совокупности; там движение ума к истине посредством логического
сцепления понятий – здесь стремление к ней посредством внутреннего
возвышения самосознания к сердечной цельности и средоточению
766
Цит. по: Бердяев Н.А. Субъективизм и индивидуализм в общественной философии. Критический этюд
о Н.К. Михайловском. – М., 1999. –С. 91.