73 / 292
71
Однако и в контексте защиты Аввакумом духовной свободы следует
отметить антиномичность его мировоззрения. Во-первых, допущение
Аввакумом споров для более глубокого постижения Истины (здесь он
проявляет себя как человек Нового времени) сочеталось с нетерпимостью
по отношению к спорящим с ним. Во-вторых, утверждение Аввакумом
благой воли человека, его ответственности сочеталось с трактовкой
человека как пассивного объекта, испытывающего с попущения Божьего
воздействие дьявольских сил: «И все бояре к нам добры, один дьявол лих.
Что сделаешь, если Христос попустил!»
221
. Последнее – характерная черта
древнерусского православия, в котором, как пишет В. Керов, «элементы
фатализма и предопределенности занимали более серьезное место»
222
.
Сказанное еще раз подтверждает: лидеры старообрядчества –
талантливые личности, творившие на границе эпох; в их лице русское
национальное самосознание, как зеркало, отразило яркие противоречия
этого времени.
Изменение древнеправославного символа раскольники восприняли
как разрушение самой Церкви: «Один за сердце (Церкви. – О.П.) ухватил,
за престол святой четверостолпный … а иной вор за голову невесту
Христову ухватил и венец богоукрашенный сорвал, за … крест
трисоставный»
223
. Это, в свою очередь, означало для них нарушение
провиденциального равновесия и, как следствие, прекращение истории.
«Падение третьего Рима» осознавалось как прекращение стремления
человека к Богу; в результате утратилась направленность Божественной
воли к человеку – «благодать на небо улетела». Этим объясняется крайний
эсхатологизм
старообрядцев, сосредоточенность на метаистории, мысли о
скором конце света. Как полагали старообрядцы, с падением церкви
прервалось священство, прервались спасительные Таинства, поскольку,
как гласила инструкция вождей раскола, «не подобает православным
христианам ни благословения от никониан принимать, ни службы, ни
крещения, ни молитвы». Эти настроения, сопряженные со стремлением к
реализации проявлений трансцендентного мира, породили мысли о
воцарившемся
чувственном
антихристе,
по-разному
персонифицировавшимся раскольниками. Делались конкретные прогнозы
о дате Второго Пришествия и Страшного Суда (вопреки евангельскому
221
Клибанов А.И. Протопоп Аввакум и апостол Павел // Старообрядчество в России (XVII-XVIII вв.). –
М., 1994. – Вып. 2. – С.36.
222
Керов В.В. Опыт контент-анализа «Жития» и посланий протопопа Аввакума… – С.179.
223
Там же. – С. 73.